Травматерапия

Будда учил, что «жизнь — это страдание». В то же время жизнь — это далеко не только страдание, более того, можно сказать, что страдание нашу жизнь отягощает, ограничивает, ухудшает. Потому наша психика имеет встроенный механизм избегания страданий: когда мы чувствуем себя ранеными, мы стараемся либо буквально убежать, либо скрываем ранение от себя, маскируем его. С одной стороны, это приносит облегчение и снимает тревогу. Но чем меньше мы имеем в виду такое страдание, чем меньше мы обращены к нему, тем больше вероятность, что оно окажется для нас более разрушительным.

Причиной ранения (и связанного с ним страдания) может быть то, что на работе нас все время подкалывают или не воспринимают всерьез, несправедливо понижают в должности, цепляются, унижают или дискриминируют; в семье и в отношениях нас не любят, обходят, лишают близости; если мы становимся жертвами насилия — физического, психологического, сексуального — или природной катастрофы, или войны.

Подобно тому как физическая рана нарушает целостность нашего тела, рана психологическая нарушает нашу внутреннюю целостность. Наша естественная способность сопротивляться превышена, что-то «сломалось» внутри, нам нанесена травма.

Все мы из собственного опыта знаем, что рана — все равно какая — болит. Эта боль бывает острой или «ноющей», но она всегда сообщает нам о том, что мы ранены. Боль как будто требует от нас обратить внимание на рану, угрожающую нашей целостности, чтобы вылечить ее, исцелить себя. И одновременно оглянуться вокруг: «Что именно произошло, что я так ранен(-а)?»

Но далеко не всегда получается это сделать. Сильная травма влечет за собой потрясение: мы не можем поверить, что это случилось. Такие вещи случаются в новостях по телевизору или в интернете, «этого не должно было случиться со мной». Рушится вся картина мира, появляется неуверенность, страх. Мы начинаем задавать себе вопросы: «Почему это произошло со мной? Именно со мной? Что я сделал(-а) не так? Я это заслужил(-а)?» Надеемся, что ответы, когда мы их найдем, восстановят для нас картину мира, но они не находятся. И это естественно: ранение и травму мы переживаем как бессмысленные.

Не находя ответов, многие начинают видеть «корень зла» в себе. Изнасилованная девушка обрушивает всю свою агрессию на себя, чувствует себя «грязной», «испорченной», винит себя. Мужчина, жертва буллинга, считает себя полным неудачником, замыкается. Оба изолируются от близких людей. Унижение нашего достоинства, которое мы переживаем в связи с травмой, само по себе очень болезненно, оно вызывает невыносимый стыд и еще больше способствует изоляции. Быть в отношениях становится тяжело.

Травма превращается в переломный пункт: вся жизнь делится на «до» и «после». И если в «до» мы еще можем найти что-то хорошее для себя, то настоящее и будущее видятся бессмысленными. Кажется, что теперь уже ничего не изменить. Одновременно наша психика закрывает и маскирует эту часть нашей жизни, как будто отрезая от жизни кусок. И если мы каким-то образом подступаем к изолированной части своей жизни, мы снова чувствуем ту самую боль, переживаем собственную раненость, и… скорее всего, опять убегаем.

В частности, по этой причине нам становится необходимо присутствие Другого — человека, который бы пережил с нами этот процесс, на которого можно опереться, и который согласен быть с нами при этом. Тогда возможно построить заново картину мира и ощутить устойчивость, начать получать удовольствие от жизни, установить более гармоничные отношения с самим собой и увидеть, что будущее может принести нам что-то хорошее.

Это длинный путь, но его можно пройти, как в хороших отношениях с партнером, так и на терапии травмы. Главное — начать.

Ссылка на источник